На минувшей неделе в ряде СМИ проскользнула новость об уникальном судебном разбирательстве между экс-супругами. Поводом для спора стало отнюдь не имущество, а судьба их «замороженных» эмбрионов.
Содержание:
Фабула дела
Сложилось так, что супруги по состоянию здоровья не смогли стать родителями и обратились к процедуре ЭКО. В рамках соответствующих медицинских услуг было создано сразу несколько эмбрионов, что обосновано целью увеличить шансы на успешный результат. К сожалению, беременность так и не наступила. Невостребованные эмбрионы продолжили храниться в клинике до следующей попытки подсадить их будущей матери.
Между тем брак потенциальных родителей дал трещину, и в 2024 году они оформили развод. Вопрос о дальнейшей судьбе эмбрионов потребовал решения, но прийти к соглашению бывшие супруги так и не смогли. Женщина пожелала оставить эмбрионы и продолжить попытки забеременеть, а мужчина выступил против этой идеи.
Позиция бывшего мужа вполне ясна: эмбрион – это не ребенок, поэтому никаких обязательств по отношению к нему со стороны биологического отца не возникает. Но стоит только эмбриону поселиться в женском теле и затем родиться – мужчина сразу же станет его отцом, что породит для него комплекс родительских прав и обязанностей, в частности, по содержанию и воспитанию малыша. К такому повороту разведенный мужчина готов явно не был. По этой причине он обратился в клинику, чтобы расторгнуть с ней договор. Мужчина полагал, что таким образом он сможет дать указание клинике прекратить хранение эмбрионов. Вот только медики его не поддержали, оставив разрешение возникшего между экс-супругами спора на усмотрение судебных органов.
Позиция суда
Бывшая жена потребовала через суд сохранить эмбрионы и признать за ней единоличное право в отношении них. Экс-супруг, естественно, возражал против заявленных требований, так как не хотел, чтобы его биоматериалом по своему усмотрению распоряжалась бывшая супруга.
Принять решение суду было очень непросто, особенно ввиду отсутствия наработанной судебной практики по такой деликатной тематике. И все-таки было вынесено решение, согласно которому клинике придется утилизировать спорные эмбрионы, если только вышестоящие судебные инстанции не рассудят иначе.
Издание «Газета.ru» прокомментировало позицию суда по делу: «после анализа всех возможных различных сценариев развития событий был сделан вывод о том, что любое решение, кроме утилизации эмбриона, будет нарушением частной жизни клиента и будет означать понуждение его к родительству».
Проблематика вопроса
Факт появления на свет малышей, рожденных с помощью процедуры ЭКО, давно перестал быть редкостью, ведь услуги по экстракорпоральному оплодотворению становятся все более доступными, хотя и требуют внушительных финансовых затрат. Для некоторых людей ЭКО – последняя надежда на рождение своего ребенка.
Однако, не все так романтично: обратной стороной процедуры является юридическая неопределенность относительно правового положения как живых эмбрионов, так и биоматериала. Пример: женщина официально приобрела несколько донорских яйцеклеток для проведения ЭКО. Лишние яйцеклетки она впоследствии решает передать другой женщине, страдающей бесплодием, и обращается в центр репродукции, дабы оформить документ о передаче прав на них. Казалось бы, все логично: «что оплачено, то принадлежит мне и я этим распоряжаюсь». На самом же деле все далеко не так: чужая человеческая яйцеклетка не может выступать предметом гражданского оборота, поэтому ни продать, ни подарить ее нельзя. Стать донором – это одно дело, а передать права на яйцеклетку, полученную от третьего лица – другое.
Вопрос с судьбой «лишнего» эмбриона после ЭКО стоит еще более остро, так как это не просто обезличенная клетка, а целый организм на ранней стадии своего развития, уже обладающий эксклюзивным генетическим набором, определяющим индивидуальные качества будущего человека. Создавая человеческий зародыш искусственным путем, биологические родители позволяют себе решать его судьбу, вплоть до утилизации, то есть уничтожения эмбриона.
Отсутствие в России адекватного законодательного регулирования правового статуса человеческих эмбрионов является большой проблемой и вызывает множество дискуссий и споров. Даже не вникая во все тонкости данной темы, можно выявить минимум один правовой конфликт: эмбрионы, живущие в женском теле, и эмбрионы, содержащиеся в пробирках, по российским законам находятся очевидно в неравном положении. Например, оформление наследства приостанавливается до тех пор, пока зачатый при жизни наследодателя наследник-ребенок не появится на свет живым. То есть, находясь в утробе матери, эмбрион уже обладает правом на наследство, чего нельзя сказать о «замороженных» эмбрионах, которые никакими правами не наделены. Другой пример: отягчающим обстоятельством при совершении убийства является беременность жертвы. В то же время утилизация эмбрионов клиникой (в частности, по причине просрочки оплаты за их хранение) – совершенно нормальная практика.
Все вышеизложенное наводит на мысль: до тех пор, пока законодатель не определит, как следует относиться к эмбрионам (как к биологической ткани, объекту прав или субъекту прав), и не зафиксирует какие-либо основные права эмбриона, и в дальнейшем продолжат возникать подобные проблемные ситуации, заслуживающие гуманного и справедливого разрешения.
Автор журнала «Правовая Гарантия»
