zapret kletok m

Запрет «клеток» и «аквариумов» в зале суда: мнение экспертов

Проект, вводящий запрет на использование в залах судебных заседаний защитных кабин, в частности, металлических клеток и светопрозрачных кабин, внесли в Госдуму в ноябре 2018г. сенаторы Совета Федерации. Ожидалось, что документ будет принят до конца года, но сейчас он по-прежнему на рассмотрении.

Проект вносит изменения в ст.9 УПК (уважение чести и достоинства личности). Предложено запретить «помещать подозреваемых, обвиняемых или подсудимых в защитные кабины в процессуальной зоне залов судебных заседаний, а также использовать иные конструкции, препятствующие общению указанных лиц с адвокатом (защитником)».

Как отметил сенатор Андрей Клишас, человек, которого поместили в защитную кабину, физически и психологически изолирован от заседания.

А в нынешнем месяце премьер-министр Дмитрий Медведев поручил Минюсту, МВД и Минфину дополнительно проработать этот вопрос, представить свои предложения, учитывая расходы на реализацию данного запрета, ведь демонтаж конструкций потребует вложения средств.

Эксперты ответили журналу «Правовая гарантия», нужен ли отказ от «клеток» и «аквариумов» и к чему он приведет.

Адвокат Дмитрий Зацаринский назвал проект о запрете «клеток» «положительной инициативой, которая способствует гуманизации общества, судебного разбирательства, процесса, в котором, к сожалению, еще чувствуются отклики 1937 года». «Все-таки иногда бывают случаи, когда к подсудимым относятся уже как к преступникам, зачастую называют в суде так, как будто они совершили преступление и это уже установлено.

Считаю, что к подсудимым необходим дифференцированный подход. Естественно, что лица, которые обвиняются в совершении нетяжких преступлений, должны находиться, что называется, за столом, рядом с адвокатом, без наручников и прочего. Конечно, если они характеризуются положительно и прилично себя ведут», — подчеркнул адвокат.

Он также призвал не забывать о безопасности: «Что касается подсудимых по делам о тяжких преступлениях, более того, если они уже совершали нападения и ведут себя неадекватно, конечно, нужно предусмотреть меры защиты для судьи, прокурора, свидетелей, участников процесса, зрителей, которые приходят. Необходимо продумать все, изучить опыт зарубежных стран и предпринять меры безопасности. Но не для всех, а для тех лиц, которые могут причинить вред окружающим. И, конечно, при входе в суд, в зал судебного заседания необходимо обыскивать подсудимых на наличие предметов, которые можно использовать в качестве оружия».

Оксана Васильева, к.ю.н., доцент, заместитель руководителя Департамента правового регулирования экономической деятельности Финансового университета при Правительстве Российской Федерации, также назвала запрет «клеток» положительным моментом. «У адвоката со своим подзащитным имеется полноценный контакт, последний сможет в любое время обратиться к защитнику с вопросом, посоветоваться, не задумываясь о том, как это сделать из железной клетки или стеклянной защитной кабины с учетом того, что адвокат во время судебного процесса, как правило, сидит спиной к подзащитному. Тем самым устраняется некий профессиональный дискомфорт», — пояснила эксперт.

По словам О.Васильевой, «определенная зажатость и подавленное состояние лиц, находящихся в «клетках» или светопрозрачных кабинах, может оказать влияние на принятие решения присяжными заседателями при рассмотрении дела с их участием, подрывая презумпцию невиновности».

Эксперт отметила, что запрет «клеток» соответствует не только духу, но и букве международного права, а также действующего российского законодательства: «ЕСПЧ регулярно ссылался нарушения со стороны российских властей, поскольку наличие ограждений в залах суда не соответствует статье 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и присуждает значительные денежные компенсации в пользу лиц, подвергшихся такому обращению».

О.Васильева также оценила запрет «клеток» с точки зрения правоохранителей: «Отказ от клеток или стеклянных защитных кабин в судах ставит под угрозу безопасность участников процесса, особенно если судят серийных убийц, террористов, членов ОПГ. Думается, что такие опасения напрасны, если сотрудники конвойной службы и службы судебных приставов будут ответственно подходить к выполнению своих служебных обязанностей, качественно выполняя свою работу».

В свою очередь, Денис Констин, директор ООО «Универсальная юридическая контора», считает «унизительным» помещение обвиняемых, подсудимых в «клетки». «Разделение обвиняемого/подсудимого с другими участниками процесса не столько вопрос безопасности, сколько психологического давления. Такое разделение, безусловно, унижает, ведь пока суд не вынес приговор виновным лицо, находящееся в статусе обвиняемого/подсудимого, не признано. Большинство подсудимых сегодня — это не лица, совершившие преступления насильственного характера, это лица, обвиняемые в экономических преступлениях, преступлениях, небольшой и средней степени тяжести», — уточнил эксперт, добавив, что следует изолировать лишь тех, кто проходит по делам о тяжких и особо тяжких преступлениях.

По мнению юриста, «проблема не в клетке, а в системе, которая туда помещает людей, выносит приговор при почти полном отсутствии доказательной базы». «Не будет клеток, значит, будут другие инструменты отгородить подсудимого от остальных», — резюмировал он.

Лейла Досумова